ННФ
golden-petroleum
Array
(
    [TAGS] => 
    [~TAGS] => 
    [PREVIEW_PICTURE] => Array
        (
            [ID] => 26262
            [TIMESTAMP_X] => 27.01.2021 12:28:00
            [MODULE_ID] => iblock
            [HEIGHT] => 360
            [WIDTH] => 700
            [FILE_SIZE] => 65666
            [CONTENT_TYPE] => image/png
            [SUBDIR] => iblock/007
            [FILE_NAME] => 007c87ebeca820827c316333ecaf9b7f.png
            [ORIGINAL_NAME] => Нефть.png
            [DESCRIPTION] => 
            [HANDLER_ID] => 
            [EXTERNAL_ID] => bafa52b335b8c6e65d896b0c46a0685e
            [~src] => 
            [SRC] => /upload/iblock/007/007c87ebeca820827c316333ecaf9b7f.png
            [UNSAFE_SRC] => /upload/iblock/007/007c87ebeca820827c316333ecaf9b7f.png
            [SAFE_SRC] => /upload/iblock/007/007c87ebeca820827c316333ecaf9b7f.png
            [ALT] => COVID-19 и российский ТЭК
            [TITLE] => COVID-19 и российский ТЭК
        )

    [~PREVIEW_PICTURE] => 26262
    [SHOW_COUNTER] => 928
    [~SHOW_COUNTER] => 928
    [ID] => 44559
    [~ID] => 44559
    [NAME] => COVID-19 и российский ТЭК
    [~NAME] => COVID-19 и российский ТЭК
    [IBLOCK_ID] => 1
    [~IBLOCK_ID] => 1
    [IBLOCK_SECTION_ID] => 
    [~IBLOCK_SECTION_ID] => 
    [DETAIL_TEXT] => 

Приведя к самому серьезному спаду мировой экономики со времен Великой депрессии, пандемия COVID-19 обрушила энергетические рынки. Падение сырьевых фьючерсов сопровождалось торможением глобального спроса на нефть и газ, что не могло не отразиться на их крупнейших поставщиках, к числу которых относится Россия.

Что привнес COVID-19 российским сырьевым экспортерам и с какими вызовами им придется столкнуться после завершения кризиса? Этим вопросам посвящено новое исследование PwC, авторы которого пришли к ряду следующих выводов.

Нефть

· По итогам первых одиннадцати месяцев 2020 года экспорт нефти из России в годовом выражении снизился на 12% (до 214,8 млн т, по данным ЦДУ ТЭК); одной из причин стала апрельская сделка ОПЕК+, под влиянием которой нефтедобыча за тот же период упала на 8,3% (до 470,2 млн т);

· При этом падение экспорта было зафиксировано уже в первом квартале 2020 года (на 2% год к году, до 64,3 млн т), когда добыча и внутренние поставки еще показывали годовой прирост (на 0,8% и 3,2% соответственно, до 140,4 млн и 72,7 млн т). Как раз тогда начал проявлять себя эффект COVID-19, из-за чего перевалка нефти в крупнейшем дальневосточном порту Козьмино в первом квартале сокращалась быстрее (на 11% год к году, до 6,6 млн т), чем в Новороссийске (на 2%, до 22,4 млн т, по данным Refinitiv). Во втором квартале, с перемещением эпицентра пандемии в Европу, в лидерах по темпам падения оказались порты в европейской части России – Приморск (на 30%, до 8,6 млн т), Усть-Луга (на 18%, до 7 млн т) и уже упомянутый Новороссийск (на 15%, до 18,3 млн т). В третьем же квартале спад перевалки стал фронтальным, если не считать Усть-Лугу, где прирост на 13% (до 4,2 млн т) был связан с низкой базой третьего квартала 2019 года, когда из-за заражения нефти в системе «Транснефти» перевалка в Усть-Луге сократилась на 45% (до 3,7 млн т);

· Смягчить последствия экспортного спада российские нефтяники попытались за счет поставок на НПЗ: с мая по ноябрь 2020 года среднесуточный объем нефтепереработки был на 10% ниже среднего уровня первых четырех месяцев года (5,20 млн б/с против 5,77 млн б/с, по данным ЦДУ ТЭК), тогда как в случае экспорта эта разница составила 16% (4,39 млн б/с против 5,25 млн б/с). Умеренный спад нефтепереработки отчасти связан со сравнительно мягким «проседанием» спроса на нефтепродукты. По итогам первых одиннадцати месяцев 2020 года отгрузки автомобильного бензина и дизеля на внутренний рынок снизились в годовом выражении на 5,4% (до 30,1 млн т) и 6,9% (до 32,6 млн т) соответственно, при этом отгрузки на экспорт и вовсе выросли: автобензина – на 2,9% (до 4,9 млн т), а дизеля – на 6,3% (до 38,6 млн т). Подобный прирост стал возможен благодаря истечению соглашений о заморозке цен на бензин и дизель, сдерживавшего топливный экспорт в первой половине 2019 года;

· Несмотря на пандемию, некоторые зарубежные производители смогли нарастить предложение. Пример тому – Ливия, которая в феврале 2020 года добывала 160 тыс. баррелей в сутки (б/с), а в ноябре, благодаря разблокировке ключевых портов и частичному урегулированию гражданского военного конфликта, – уже 1,21 млн б/с; и Норвегия, где, вслед за запуском месторождения Йохан Свердруп (в октябре 2019 года), по итогам 2020 года экспортная перевалка нефти увеличилась на 17% (до 1,33 млн б/с, по оценке Refinitiv);

· В среднесрочной перспективе предложение будет увеличивать Бразилия (за счет месторождений атлантического шельфа), Гайана (где в 2019 году началась разработка шельфого блока Stabroek) и Сенегал, на шельфе которого в ближайшие годы начнется проект Sangomar. Потенциал увеличения добычи есть у ряда стран ОПЕК – Саудовской Аравии и Кувейта, которые к 2025 году могут нарастить добывающие мощности более чем на 500 тыс. б/с благодаря договоренностям о возобновлении добычи в нейтральной пограничной зоне; и Ирака, которому пока мешает дефицит воды в южных нефтеносных провинциях. Вкупе с наращиванием экспортных мощностей в США, это приведет к ужесточению конкуренции на нефтяном рынке.

Мировой рынок нефти в 2019-2020 гг.

Нефть

Источник: EIA, Refinitiv, World Bank

Газ

· Пандемия COVID-19 поставила в непростое положение поставщиков на европейском рынке газа. С одной стороны, из-за сокращения конечного спроса: за первые одиннадцать месяцев 2020 года, по оценке исследовательского центра Ember, выработка электроэнергии на газовых станциях сократилась в ЕС на 3,3% в годовом выражении; а с другой, из-за падения цен: в 2020 году средняя цена газа на хабе TTF упала на 32%, до $3,2 за млн БТЕ против $4,8 в 2019 году;

· Спад котировок уменьшил маржу трейдеров сжиженного природного газа (СПГ), что не замедлило сказаться на поставках: если в первом квартале 2020 года импорт СПГ в Европе в годовом выражении вырос на 30%, то во втором – лишь на 6%, а в третьем и четвертом и вовсе упал на 10% и 29% соответственно. Однако это не предотвратило спада трубопроводных поставок газа из России: с января по ноябрь их объем, по данным ФТС, снизился в годовом выражении на 10,5% (до 178,4 млрд куб. м), а стоимость – на 41,8% (до $22 млрд). Впрочем, схожие потери понесли и другие экспортеры: с января по ноябрь трубопроводные поставки газа в Европу из Алжира снизились на 6% (до 17,8 млрд куб. м), а из Ливии – на 20% (до 4,1 млрд куб. м), следует из данных Европейской сети операторов газотранспортных систем (ENTSOG);

· В ближайшие годы конкуренция на европейском рынке будет расти – как из-за недавнего ввода в строй Трансадритического трубопровода (TAP, мощностью 10 млрд куб. м газа в год), по которому газ с азербайджанского месторождения Шах-Дениз будет поставляться в Южную Европу, так и из-за планов американских производителей СПГ, которые будут наращивать мощности за счет третьей линии Corpus Christi LNG (5 млн т в год), а также проектов Rio Grande LNG (27 млн т), Annova LNG (6,5 млн т) и Texas LNG Brownsville (4 млн т). В этой связи роста трубопроводных поставок если и стоит ожидать, то, в основном, в Китай по «Силе Сибири», базой для которых служит Чаяндинское месторождение Якутии, где газодобыча (2,8 млрд куб. м за первые девять месяцев 2020 года) пока отстает от проектной мощности (25 млрд куб. м в год);

· Чуть более благоприятные перспективы – у СПГ. В 2019 году, благодаря двенадцатимесячной загрузке второй и третьей очереди «Ямал СПГ», экспортная перевалка сжиженного природного газа в России выросла на 56% (до 28,4 млн т, по данным Refinitiv); в 2020 году на обеих этих очередях проводились плановые профилактические ремонты, из-за чего по итогам ушедшего года отгрузка с «Ямал СПГ» снизилась в годовом выражении на 5,3% (до 17,5 млн т), а с российских СПГ-заводов в целом – на 1,7% (до 27,9 млн т). В ближайшие несколько лет прирост экспорта СПГ возобновится – как за счет четвертой линии «Ямал СПГ» (годовой мощностью около 1 млн т), ввод которой намечен на 2021 год; так и проектов «Арктик СПГ-2» (общей мощностью 19,8 млн т) и «Обский СПГ» (5 млн т), поэтапный запуск которых должен будет состояться в середине 2020-х.

Среднемесячные цены на газ на Henry Hub и TTF в 2019-2020 гг.

Газ

Источник: World Bank

[~DETAIL_TEXT] =>

Приведя к самому серьезному спаду мировой экономики со времен Великой депрессии, пандемия COVID-19 обрушила энергетические рынки. Падение сырьевых фьючерсов сопровождалось торможением глобального спроса на нефть и газ, что не могло не отразиться на их крупнейших поставщиках, к числу которых относится Россия.

Что привнес COVID-19 российским сырьевым экспортерам и с какими вызовами им придется столкнуться после завершения кризиса? Этим вопросам посвящено новое исследование PwC, авторы которого пришли к ряду следующих выводов.

Нефть

· По итогам первых одиннадцати месяцев 2020 года экспорт нефти из России в годовом выражении снизился на 12% (до 214,8 млн т, по данным ЦДУ ТЭК); одной из причин стала апрельская сделка ОПЕК+, под влиянием которой нефтедобыча за тот же период упала на 8,3% (до 470,2 млн т);

· При этом падение экспорта было зафиксировано уже в первом квартале 2020 года (на 2% год к году, до 64,3 млн т), когда добыча и внутренние поставки еще показывали годовой прирост (на 0,8% и 3,2% соответственно, до 140,4 млн и 72,7 млн т). Как раз тогда начал проявлять себя эффект COVID-19, из-за чего перевалка нефти в крупнейшем дальневосточном порту Козьмино в первом квартале сокращалась быстрее (на 11% год к году, до 6,6 млн т), чем в Новороссийске (на 2%, до 22,4 млн т, по данным Refinitiv). Во втором квартале, с перемещением эпицентра пандемии в Европу, в лидерах по темпам падения оказались порты в европейской части России – Приморск (на 30%, до 8,6 млн т), Усть-Луга (на 18%, до 7 млн т) и уже упомянутый Новороссийск (на 15%, до 18,3 млн т). В третьем же квартале спад перевалки стал фронтальным, если не считать Усть-Лугу, где прирост на 13% (до 4,2 млн т) был связан с низкой базой третьего квартала 2019 года, когда из-за заражения нефти в системе «Транснефти» перевалка в Усть-Луге сократилась на 45% (до 3,7 млн т);

· Смягчить последствия экспортного спада российские нефтяники попытались за счет поставок на НПЗ: с мая по ноябрь 2020 года среднесуточный объем нефтепереработки был на 10% ниже среднего уровня первых четырех месяцев года (5,20 млн б/с против 5,77 млн б/с, по данным ЦДУ ТЭК), тогда как в случае экспорта эта разница составила 16% (4,39 млн б/с против 5,25 млн б/с). Умеренный спад нефтепереработки отчасти связан со сравнительно мягким «проседанием» спроса на нефтепродукты. По итогам первых одиннадцати месяцев 2020 года отгрузки автомобильного бензина и дизеля на внутренний рынок снизились в годовом выражении на 5,4% (до 30,1 млн т) и 6,9% (до 32,6 млн т) соответственно, при этом отгрузки на экспорт и вовсе выросли: автобензина – на 2,9% (до 4,9 млн т), а дизеля – на 6,3% (до 38,6 млн т). Подобный прирост стал возможен благодаря истечению соглашений о заморозке цен на бензин и дизель, сдерживавшего топливный экспорт в первой половине 2019 года;

· Несмотря на пандемию, некоторые зарубежные производители смогли нарастить предложение. Пример тому – Ливия, которая в феврале 2020 года добывала 160 тыс. баррелей в сутки (б/с), а в ноябре, благодаря разблокировке ключевых портов и частичному урегулированию гражданского военного конфликта, – уже 1,21 млн б/с; и Норвегия, где, вслед за запуском месторождения Йохан Свердруп (в октябре 2019 года), по итогам 2020 года экспортная перевалка нефти увеличилась на 17% (до 1,33 млн б/с, по оценке Refinitiv);

· В среднесрочной перспективе предложение будет увеличивать Бразилия (за счет месторождений атлантического шельфа), Гайана (где в 2019 году началась разработка шельфого блока Stabroek) и Сенегал, на шельфе которого в ближайшие годы начнется проект Sangomar. Потенциал увеличения добычи есть у ряда стран ОПЕК – Саудовской Аравии и Кувейта, которые к 2025 году могут нарастить добывающие мощности более чем на 500 тыс. б/с благодаря договоренностям о возобновлении добычи в нейтральной пограничной зоне; и Ирака, которому пока мешает дефицит воды в южных нефтеносных провинциях. Вкупе с наращиванием экспортных мощностей в США, это приведет к ужесточению конкуренции на нефтяном рынке.

Мировой рынок нефти в 2019-2020 гг.

Нефть

Источник: EIA, Refinitiv, World Bank

Газ

· Пандемия COVID-19 поставила в непростое положение поставщиков на европейском рынке газа. С одной стороны, из-за сокращения конечного спроса: за первые одиннадцать месяцев 2020 года, по оценке исследовательского центра Ember, выработка электроэнергии на газовых станциях сократилась в ЕС на 3,3% в годовом выражении; а с другой, из-за падения цен: в 2020 году средняя цена газа на хабе TTF упала на 32%, до $3,2 за млн БТЕ против $4,8 в 2019 году;

· Спад котировок уменьшил маржу трейдеров сжиженного природного газа (СПГ), что не замедлило сказаться на поставках: если в первом квартале 2020 года импорт СПГ в Европе в годовом выражении вырос на 30%, то во втором – лишь на 6%, а в третьем и четвертом и вовсе упал на 10% и 29% соответственно. Однако это не предотвратило спада трубопроводных поставок газа из России: с января по ноябрь их объем, по данным ФТС, снизился в годовом выражении на 10,5% (до 178,4 млрд куб. м), а стоимость – на 41,8% (до $22 млрд). Впрочем, схожие потери понесли и другие экспортеры: с января по ноябрь трубопроводные поставки газа в Европу из Алжира снизились на 6% (до 17,8 млрд куб. м), а из Ливии – на 20% (до 4,1 млрд куб. м), следует из данных Европейской сети операторов газотранспортных систем (ENTSOG);

· В ближайшие годы конкуренция на европейском рынке будет расти – как из-за недавнего ввода в строй Трансадритического трубопровода (TAP, мощностью 10 млрд куб. м газа в год), по которому газ с азербайджанского месторождения Шах-Дениз будет поставляться в Южную Европу, так и из-за планов американских производителей СПГ, которые будут наращивать мощности за счет третьей линии Corpus Christi LNG (5 млн т в год), а также проектов Rio Grande LNG (27 млн т), Annova LNG (6,5 млн т) и Texas LNG Brownsville (4 млн т). В этой связи роста трубопроводных поставок если и стоит ожидать, то, в основном, в Китай по «Силе Сибири», базой для которых служит Чаяндинское месторождение Якутии, где газодобыча (2,8 млрд куб. м за первые девять месяцев 2020 года) пока отстает от проектной мощности (25 млрд куб. м в год);

· Чуть более благоприятные перспективы – у СПГ. В 2019 году, благодаря двенадцатимесячной загрузке второй и третьей очереди «Ямал СПГ», экспортная перевалка сжиженного природного газа в России выросла на 56% (до 28,4 млн т, по данным Refinitiv); в 2020 году на обеих этих очередях проводились плановые профилактические ремонты, из-за чего по итогам ушедшего года отгрузка с «Ямал СПГ» снизилась в годовом выражении на 5,3% (до 17,5 млн т), а с российских СПГ-заводов в целом – на 1,7% (до 27,9 млн т). В ближайшие несколько лет прирост экспорта СПГ возобновится – как за счет четвертой линии «Ямал СПГ» (годовой мощностью около 1 млн т), ввод которой намечен на 2021 год; так и проектов «Арктик СПГ-2» (общей мощностью 19,8 млн т) и «Обский СПГ» (5 млн т), поэтапный запуск которых должен будет состояться в середине 2020-х.

Среднемесячные цены на газ на Henry Hub и TTF в 2019-2020 гг.

Газ

Источник: World Bank

[DETAIL_TEXT_TYPE] => html [~DETAIL_TEXT_TYPE] => html [PREVIEW_TEXT] => [~PREVIEW_TEXT] => [PREVIEW_TEXT_TYPE] => text [~PREVIEW_TEXT_TYPE] => text [DETAIL_PICTURE] => [~DETAIL_PICTURE] => [TIMESTAMP_X] => 27.01.2021 12:28:00 [~TIMESTAMP_X] => 27.01.2021 12:28:00 [ACTIVE_FROM] => 26.01.2021 16:53:42 [~ACTIVE_FROM] => 26.01.2021 16:53:42 [LIST_PAGE_URL] => /news/ [~LIST_PAGE_URL] => /news/ [DETAIL_PAGE_URL] => /news/covid_19_i_rossiyskiy_tek/ [~DETAIL_PAGE_URL] => /news/covid_19_i_rossiyskiy_tek/ [IBLOCK_ELEMENT_ID] => 44559 [~IBLOCK_ELEMENT_ID] => 44559 [PROPERTY_22] => «Нефтегазовая Вертикаль» [~PROPERTY_22] => «Нефтегазовая Вертикаль» [PROPERTY_23] => http://www.ngv.ru/ [~PROPERTY_23] => http://www.ngv.ru/ [PROPERTY_54] => 0.0000 [~PROPERTY_54] => 0.0000 [PROPERTY_95] => 0.0000 [~PROPERTY_95] => 0.0000 [PROPERTY_148] => Какое влияние пандемия оказала на российскую нефтегазовую отрасль [~PROPERTY_148] => Какое влияние пандемия оказала на российскую нефтегазовую отрасль [LANG_DIR] => / [~LANG_DIR] => / [CODE] => covid_19_i_rossiyskiy_tek [~CODE] => covid_19_i_rossiyskiy_tek [EXTERNAL_ID] => 44559 [~EXTERNAL_ID] => 44559 [IBLOCK_TYPE_ID] => news [~IBLOCK_TYPE_ID] => news [IBLOCK_CODE] => news [~IBLOCK_CODE] => news [IBLOCK_EXTERNAL_ID] => furniture_news_s1 [~IBLOCK_EXTERNAL_ID] => furniture_news_s1 [LID] => s1 [~LID] => s1 [NAV_RESULT] => [DISPLAY_ACTIVE_FROM] => 16:53, 26 Января 2021 [IPROPERTY_VALUES] => Array ( ) [FIELDS] => Array ( [TAGS] => [PREVIEW_PICTURE] => Array ( [ID] => 26262 [TIMESTAMP_X] => 27.01.2021 12:28:00 [MODULE_ID] => iblock [HEIGHT] => 360 [WIDTH] => 700 [FILE_SIZE] => 65666 [CONTENT_TYPE] => image/png [SUBDIR] => iblock/007 [FILE_NAME] => 007c87ebeca820827c316333ecaf9b7f.png [ORIGINAL_NAME] => Нефть.png [DESCRIPTION] => [HANDLER_ID] => [EXTERNAL_ID] => bafa52b335b8c6e65d896b0c46a0685e [~src] => [SRC] => /upload/iblock/007/007c87ebeca820827c316333ecaf9b7f.png [UNSAFE_SRC] => /upload/iblock/007/007c87ebeca820827c316333ecaf9b7f.png [SAFE_SRC] => /upload/iblock/007/007c87ebeca820827c316333ecaf9b7f.png [ALT] => COVID-19 и российский ТЭК [TITLE] => COVID-19 и российский ТЭК ) [SHOW_COUNTER] => 928 ) [PROPERTIES] => Array ( [AUTHOR_NAME] => Array ( [ID] => 22 [TIMESTAMP_X] => 2018-03-10 19:22:21 [IBLOCK_ID] => 1 [NAME] => Автор [ACTIVE] => Y [SORT] => 500 [CODE] => AUTHOR_NAME [DEFAULT_VALUE] => [PROPERTY_TYPE] => S [ROW_COUNT] => 1 [COL_COUNT] => 30 [LIST_TYPE] => L [MULTIPLE] => N [XML_ID] => 22 [FILE_TYPE] => [MULTIPLE_CNT] => 5 [TMP_ID] => [LINK_IBLOCK_ID] => 0 [WITH_DESCRIPTION] => N [SEARCHABLE] => N [FILTRABLE] => N [IS_REQUIRED] => Y [VERSION] => 2 [USER_TYPE] => [USER_TYPE_SETTINGS] => [HINT] => [VALUE] => «Нефтегазовая Вертикаль» [DESCRIPTION] => [~VALUE] => «Нефтегазовая Вертикаль» [~DESCRIPTION] => ) [SUB_TITLE] => Array ( [ID] => 148 [TIMESTAMP_X] => 2018-03-11 18:19:22 [IBLOCK_ID] => 1 [NAME] => Подзаголовок [ACTIVE] => Y [SORT] => 500 [CODE] => SUB_TITLE [DEFAULT_VALUE] => [PROPERTY_TYPE] => S [ROW_COUNT] => 1 [COL_COUNT] => 30 [LIST_TYPE] => L [MULTIPLE] => N [XML_ID] => [FILE_TYPE] => [MULTIPLE_CNT] => 5 [TMP_ID] => [LINK_IBLOCK_ID] => 0 [WITH_DESCRIPTION] => N [SEARCHABLE] => N [FILTRABLE] => N [IS_REQUIRED] => N [VERSION] => 2 [USER_TYPE] => [USER_TYPE_SETTINGS] => [HINT] => [VALUE] => Какое влияние пандемия оказала на российскую нефтегазовую отрасль [DESCRIPTION] => [~VALUE] => Какое влияние пандемия оказала на российскую нефтегазовую отрасль [~DESCRIPTION] => ) [AUTHOR_URL] => Array ( [ID] => 23 [TIMESTAMP_X] => 2018-03-10 19:22:21 [IBLOCK_ID] => 1 [NAME] => Ссылка на автора [ACTIVE] => Y [SORT] => 501 [CODE] => AUTHOR_URL [DEFAULT_VALUE] => [PROPERTY_TYPE] => S [ROW_COUNT] => 1 [COL_COUNT] => 30 [LIST_TYPE] => L [MULTIPLE] => N [XML_ID] => 23 [FILE_TYPE] => [MULTIPLE_CNT] => 5 [TMP_ID] => [LINK_IBLOCK_ID] => 0 [WITH_DESCRIPTION] => N [SEARCHABLE] => N [FILTRABLE] => N [IS_REQUIRED] => N [VERSION] => 2 [USER_TYPE] => [USER_TYPE_SETTINGS] => [HINT] => [VALUE] => http://www.ngv.ru/ [DESCRIPTION] => [~VALUE] => http://www.ngv.ru/ [~DESCRIPTION] => ) [IMPORTANT] => Array ( [ID] => 54 [TIMESTAMP_X] => 2018-03-10 19:22:21 [IBLOCK_ID] => 1 [NAME] => Важно [ACTIVE] => Y [SORT] => 502 [CODE] => IMPORTANT [DEFAULT_VALUE] => 0 [PROPERTY_TYPE] => N [ROW_COUNT] => 1 [COL_COUNT] => 4 [LIST_TYPE] => L [MULTIPLE] => N [XML_ID] => 54 [FILE_TYPE] => [MULTIPLE_CNT] => 5 [TMP_ID] => [LINK_IBLOCK_ID] => 0 [WITH_DESCRIPTION] => N [SEARCHABLE] => N [FILTRABLE] => N [IS_REQUIRED] => N [VERSION] => 2 [USER_TYPE] => [USER_TYPE_SETTINGS] => [HINT] => [VALUE] => 0 [DESCRIPTION] => [~VALUE] => 0.0000 [~DESCRIPTION] => ) [MAIN_NEWS] => Array ( [ID] => 95 [TIMESTAMP_X] => 2018-03-10 19:22:21 [IBLOCK_ID] => 1 [NAME] => Главная новость [ACTIVE] => Y [SORT] => 503 [CODE] => MAIN_NEWS [DEFAULT_VALUE] => 0 [PROPERTY_TYPE] => N [ROW_COUNT] => 1 [COL_COUNT] => 30 [LIST_TYPE] => L [MULTIPLE] => N [XML_ID] => [FILE_TYPE] => [MULTIPLE_CNT] => 5 [TMP_ID] => [LINK_IBLOCK_ID] => 0 [WITH_DESCRIPTION] => N [SEARCHABLE] => N [FILTRABLE] => N [IS_REQUIRED] => N [VERSION] => 2 [USER_TYPE] => [USER_TYPE_SETTINGS] => [HINT] => [VALUE] => 0 [DESCRIPTION] => [~VALUE] => 0.0000 [~DESCRIPTION] => ) ) [DISPLAY_PROPERTIES] => Array ( [AUTHOR_NAME] => Array ( [ID] => 22 [TIMESTAMP_X] => 2018-03-10 19:22:21 [IBLOCK_ID] => 1 [NAME] => Автор [ACTIVE] => Y [SORT] => 500 [CODE] => AUTHOR_NAME [DEFAULT_VALUE] => [PROPERTY_TYPE] => S [ROW_COUNT] => 1 [COL_COUNT] => 30 [LIST_TYPE] => L [MULTIPLE] => N [XML_ID] => 22 [FILE_TYPE] => [MULTIPLE_CNT] => 5 [TMP_ID] => [LINK_IBLOCK_ID] => 0 [WITH_DESCRIPTION] => N [SEARCHABLE] => N [FILTRABLE] => N [IS_REQUIRED] => Y [VERSION] => 2 [USER_TYPE] => [USER_TYPE_SETTINGS] => [HINT] => [VALUE] => «Нефтегазовая Вертикаль» [DESCRIPTION] => [~VALUE] => «Нефтегазовая Вертикаль» [~DESCRIPTION] => [DISPLAY_VALUE] => «Нефтегазовая Вертикаль» ) [SUB_TITLE] => Array ( [ID] => 148 [TIMESTAMP_X] => 2018-03-11 18:19:22 [IBLOCK_ID] => 1 [NAME] => Подзаголовок [ACTIVE] => Y [SORT] => 500 [CODE] => SUB_TITLE [DEFAULT_VALUE] => [PROPERTY_TYPE] => S [ROW_COUNT] => 1 [COL_COUNT] => 30 [LIST_TYPE] => L [MULTIPLE] => N [XML_ID] => [FILE_TYPE] => [MULTIPLE_CNT] => 5 [TMP_ID] => [LINK_IBLOCK_ID] => 0 [WITH_DESCRIPTION] => N [SEARCHABLE] => N [FILTRABLE] => N [IS_REQUIRED] => N [VERSION] => 2 [USER_TYPE] => [USER_TYPE_SETTINGS] => [HINT] => [VALUE] => Какое влияние пандемия оказала на российскую нефтегазовую отрасль [DESCRIPTION] => [~VALUE] => Какое влияние пандемия оказала на российскую нефтегазовую отрасль [~DESCRIPTION] => [DISPLAY_VALUE] => Какое влияние пандемия оказала на российскую нефтегазовую отрасль ) [AUTHOR_URL] => Array ( [ID] => 23 [TIMESTAMP_X] => 2018-03-10 19:22:21 [IBLOCK_ID] => 1 [NAME] => Ссылка на автора [ACTIVE] => Y [SORT] => 501 [CODE] => AUTHOR_URL [DEFAULT_VALUE] => [PROPERTY_TYPE] => S [ROW_COUNT] => 1 [COL_COUNT] => 30 [LIST_TYPE] => L [MULTIPLE] => N [XML_ID] => 23 [FILE_TYPE] => [MULTIPLE_CNT] => 5 [TMP_ID] => [LINK_IBLOCK_ID] => 0 [WITH_DESCRIPTION] => N [SEARCHABLE] => N [FILTRABLE] => N [IS_REQUIRED] => N [VERSION] => 2 [USER_TYPE] => [USER_TYPE_SETTINGS] => [HINT] => [VALUE] => http://www.ngv.ru/ [DESCRIPTION] => [~VALUE] => http://www.ngv.ru/ [~DESCRIPTION] => [DISPLAY_VALUE] => http://www.ngv.ru/ ) ) [IBLOCK] => Array ( [ID] => 1 [~ID] => 1 [TIMESTAMP_X] => 20.12.2020 12:05:36 [~TIMESTAMP_X] => 20.12.2020 12:05:36 [IBLOCK_TYPE_ID] => news [~IBLOCK_TYPE_ID] => news [LID] => s1 [~LID] => s1 [CODE] => news [~CODE] => news [NAME] => Новости [~NAME] => Новости [ACTIVE] => Y [~ACTIVE] => Y [SORT] => 500 [~SORT] => 500 [LIST_PAGE_URL] => /news/ [~LIST_PAGE_URL] => /news/ [DETAIL_PAGE_URL] => #SITE_DIR#/news/#ELEMENT_CODE#/ [~DETAIL_PAGE_URL] => #SITE_DIR#/news/#ELEMENT_CODE#/ [SECTION_PAGE_URL] => [~SECTION_PAGE_URL] => [PICTURE] => [~PICTURE] => [DESCRIPTION] => [~DESCRIPTION] => [DESCRIPTION_TYPE] => html [~DESCRIPTION_TYPE] => html [RSS_TTL] => 1 [~RSS_TTL] => 1 [RSS_ACTIVE] => Y [~RSS_ACTIVE] => Y [RSS_FILE_ACTIVE] => N [~RSS_FILE_ACTIVE] => N [RSS_FILE_LIMIT] => 0 [~RSS_FILE_LIMIT] => 0 [RSS_FILE_DAYS] => 0 [~RSS_FILE_DAYS] => 0 [RSS_YANDEX_ACTIVE] => Y [~RSS_YANDEX_ACTIVE] => Y [XML_ID] => furniture_news_s1 [~XML_ID] => furniture_news_s1 [TMP_ID] => [~TMP_ID] => [INDEX_ELEMENT] => Y [~INDEX_ELEMENT] => Y [INDEX_SECTION] => N [~INDEX_SECTION] => N [WORKFLOW] => N [~WORKFLOW] => N [BIZPROC] => N [~BIZPROC] => N [SECTION_CHOOSER] => L [~SECTION_CHOOSER] => L [LIST_MODE] => [~LIST_MODE] => [RIGHTS_MODE] => S [~RIGHTS_MODE] => S [VERSION] => 2 [~VERSION] => 2 [LAST_CONV_ELEMENT] => 0 [~LAST_CONV_ELEMENT] => 0 [SOCNET_GROUP_ID] => [~SOCNET_GROUP_ID] => [EDIT_FILE_BEFORE] => [~EDIT_FILE_BEFORE] => [EDIT_FILE_AFTER] => [~EDIT_FILE_AFTER] => [SECTIONS_NAME] => Разделы [~SECTIONS_NAME] => Разделы [SECTION_NAME] => Раздел [~SECTION_NAME] => Раздел [ELEMENTS_NAME] => Новости [~ELEMENTS_NAME] => Новости [ELEMENT_NAME] => Новость [~ELEMENT_NAME] => Новость [SECTION_PROPERTY] => [~SECTION_PROPERTY] => [PROPERTY_INDEX] => [~PROPERTY_INDEX] => [CANONICAL_PAGE_URL] => [~CANONICAL_PAGE_URL] => [EXTERNAL_ID] => furniture_news_s1 [~EXTERNAL_ID] => furniture_news_s1 [LANG_DIR] => / [~LANG_DIR] => / [SERVER_NAME] => www.ngv.ru [~SERVER_NAME] => www.ngv.ru ) [SECTION] => Array ( [PATH] => Array ( ) ) [SECTION_URL] => [META_TAGS] => Array ( [TITLE] => COVID-19 и российский ТЭК [BROWSER_TITLE] => COVID-19 и российский ТЭК [KEYWORDS] => [DESCRIPTION] => ) )

COVID-19 и российский ТЭК

Какое влияние пандемия оказала на российскую нефтегазовую отрасль

Приведя к самому серьезному спаду мировой экономики со времен Великой депрессии, пандемия COVID-19 обрушила энергетические рынки. Падение сырьевых фьючерсов сопровождалось торможением глобального спроса на нефть и газ, что не могло не отразиться на их крупнейших поставщиках, к числу которых относится Россия.

Что привнес COVID-19 российским сырьевым экспортерам и с какими вызовами им придется столкнуться после завершения кризиса? Этим вопросам посвящено новое исследование PwC, авторы которого пришли к ряду следующих выводов.

Нефть

· По итогам первых одиннадцати месяцев 2020 года экспорт нефти из России в годовом выражении снизился на 12% (до 214,8 млн т, по данным ЦДУ ТЭК); одной из причин стала апрельская сделка ОПЕК+, под влиянием которой нефтедобыча за тот же период упала на 8,3% (до 470,2 млн т);

· При этом падение экспорта было зафиксировано уже в первом квартале 2020 года (на 2% год к году, до 64,3 млн т), когда добыча и внутренние поставки еще показывали годовой прирост (на 0,8% и 3,2% соответственно, до 140,4 млн и 72,7 млн т). Как раз тогда начал проявлять себя эффект COVID-19, из-за чего перевалка нефти в крупнейшем дальневосточном порту Козьмино в первом квартале сокращалась быстрее (на 11% год к году, до 6,6 млн т), чем в Новороссийске (на 2%, до 22,4 млн т, по данным Refinitiv). Во втором квартале, с перемещением эпицентра пандемии в Европу, в лидерах по темпам падения оказались порты в европейской части России – Приморск (на 30%, до 8,6 млн т), Усть-Луга (на 18%, до 7 млн т) и уже упомянутый Новороссийск (на 15%, до 18,3 млн т). В третьем же квартале спад перевалки стал фронтальным, если не считать Усть-Лугу, где прирост на 13% (до 4,2 млн т) был связан с низкой базой третьего квартала 2019 года, когда из-за заражения нефти в системе «Транснефти» перевалка в Усть-Луге сократилась на 45% (до 3,7 млн т);

· Смягчить последствия экспортного спада российские нефтяники попытались за счет поставок на НПЗ: с мая по ноябрь 2020 года среднесуточный объем нефтепереработки был на 10% ниже среднего уровня первых четырех месяцев года (5,20 млн б/с против 5,77 млн б/с, по данным ЦДУ ТЭК), тогда как в случае экспорта эта разница составила 16% (4,39 млн б/с против 5,25 млн б/с). Умеренный спад нефтепереработки отчасти связан со сравнительно мягким «проседанием» спроса на нефтепродукты. По итогам первых одиннадцати месяцев 2020 года отгрузки автомобильного бензина и дизеля на внутренний рынок снизились в годовом выражении на 5,4% (до 30,1 млн т) и 6,9% (до 32,6 млн т) соответственно, при этом отгрузки на экспорт и вовсе выросли: автобензина – на 2,9% (до 4,9 млн т), а дизеля – на 6,3% (до 38,6 млн т). Подобный прирост стал возможен благодаря истечению соглашений о заморозке цен на бензин и дизель, сдерживавшего топливный экспорт в первой половине 2019 года;

· Несмотря на пандемию, некоторые зарубежные производители смогли нарастить предложение. Пример тому – Ливия, которая в феврале 2020 года добывала 160 тыс. баррелей в сутки (б/с), а в ноябре, благодаря разблокировке ключевых портов и частичному урегулированию гражданского военного конфликта, – уже 1,21 млн б/с; и Норвегия, где, вслед за запуском месторождения Йохан Свердруп (в октябре 2019 года), по итогам 2020 года экспортная перевалка нефти увеличилась на 17% (до 1,33 млн б/с, по оценке Refinitiv);

· В среднесрочной перспективе предложение будет увеличивать Бразилия (за счет месторождений атлантического шельфа), Гайана (где в 2019 году началась разработка шельфого блока Stabroek) и Сенегал, на шельфе которого в ближайшие годы начнется проект Sangomar. Потенциал увеличения добычи есть у ряда стран ОПЕК – Саудовской Аравии и Кувейта, которые к 2025 году могут нарастить добывающие мощности более чем на 500 тыс. б/с благодаря договоренностям о возобновлении добычи в нейтральной пограничной зоне; и Ирака, которому пока мешает дефицит воды в южных нефтеносных провинциях. Вкупе с наращиванием экспортных мощностей в США, это приведет к ужесточению конкуренции на нефтяном рынке.

Мировой рынок нефти в 2019-2020 гг.

Нефть

Источник: EIA, Refinitiv, World Bank

Газ

· Пандемия COVID-19 поставила в непростое положение поставщиков на европейском рынке газа. С одной стороны, из-за сокращения конечного спроса: за первые одиннадцать месяцев 2020 года, по оценке исследовательского центра Ember, выработка электроэнергии на газовых станциях сократилась в ЕС на 3,3% в годовом выражении; а с другой, из-за падения цен: в 2020 году средняя цена газа на хабе TTF упала на 32%, до $3,2 за млн БТЕ против $4,8 в 2019 году;

· Спад котировок уменьшил маржу трейдеров сжиженного природного газа (СПГ), что не замедлило сказаться на поставках: если в первом квартале 2020 года импорт СПГ в Европе в годовом выражении вырос на 30%, то во втором – лишь на 6%, а в третьем и четвертом и вовсе упал на 10% и 29% соответственно. Однако это не предотвратило спада трубопроводных поставок газа из России: с января по ноябрь их объем, по данным ФТС, снизился в годовом выражении на 10,5% (до 178,4 млрд куб. м), а стоимость – на 41,8% (до $22 млрд). Впрочем, схожие потери понесли и другие экспортеры: с января по ноябрь трубопроводные поставки газа в Европу из Алжира снизились на 6% (до 17,8 млрд куб. м), а из Ливии – на 20% (до 4,1 млрд куб. м), следует из данных Европейской сети операторов газотранспортных систем (ENTSOG);

· В ближайшие годы конкуренция на европейском рынке будет расти – как из-за недавнего ввода в строй Трансадритического трубопровода (TAP, мощностью 10 млрд куб. м газа в год), по которому газ с азербайджанского месторождения Шах-Дениз будет поставляться в Южную Европу, так и из-за планов американских производителей СПГ, которые будут наращивать мощности за счет третьей линии Corpus Christi LNG (5 млн т в год), а также проектов Rio Grande LNG (27 млн т), Annova LNG (6,5 млн т) и Texas LNG Brownsville (4 млн т). В этой связи роста трубопроводных поставок если и стоит ожидать, то, в основном, в Китай по «Силе Сибири», базой для которых служит Чаяндинское месторождение Якутии, где газодобыча (2,8 млрд куб. м за первые девять месяцев 2020 года) пока отстает от проектной мощности (25 млрд куб. м в год);

· Чуть более благоприятные перспективы – у СПГ. В 2019 году, благодаря двенадцатимесячной загрузке второй и третьей очереди «Ямал СПГ», экспортная перевалка сжиженного природного газа в России выросла на 56% (до 28,4 млн т, по данным Refinitiv); в 2020 году на обеих этих очередях проводились плановые профилактические ремонты, из-за чего по итогам ушедшего года отгрузка с «Ямал СПГ» снизилась в годовом выражении на 5,3% (до 17,5 млн т), а с российских СПГ-заводов в целом – на 1,7% (до 27,9 млн т). В ближайшие несколько лет прирост экспорта СПГ возобновится – как за счет четвертой линии «Ямал СПГ» (годовой мощностью около 1 млн т), ввод которой намечен на 2021 год; так и проектов «Арктик СПГ-2» (общей мощностью 19,8 млн т) и «Обский СПГ» (5 млн т), поэтапный запуск которых должен будет состояться в середине 2020-х.

Среднемесячные цены на газ на Henry Hub и TTF в 2019-2020 гг.

Газ

Источник: World Bank

ННФgolden-petroleum
Читайте также :