В начале апреля итоги своей деятельности в 2012 году подвела крупнейшая российская нефтехимическая компания — СИБУР. Они оказались неоднозначными. При росте доходов произошло заметное сокращение прибыли. Объемы производства большинства видов продукции росли, но весьма умеренными темпами. Причин этому было множество, но главная из них — стагнация глобального спроса на большинство нефтехимических продуктов, и в первую очередь, на синтетические каучуки. Однако результаты СИБУРа важны не только сами по себе, но и как яркий индикатор развития всей нефтехимической промышленности России, ощущающей на себе те же проблемы. Обострение конкуренции на мировом нефтехимическом рынке требует от предприятий отрасли использования наиболее эффективных стратегий деятельности, а от государственных органов — принятия ряда стимулирующих мер.

В Баку 7–8 апреля этого года прошел Всемирный экономический форум (ВЭФ) — «Бакинский Давос», заявленный как «стратегический диалог, связанный с будущим Южного Кавказа (ЮК) и Центральной Азии (ЦА)». Главной целью форума, инициированного официальным Баку в преддверии осенних выборов президента страны, стала все же реанимация угасающего в мире интереса к Азербайджану как производителю и экспортеру нефти и газа.  На реализацию этой цели поработали и пропагандистская машина Азербайджана, и выступления делегатов «Бакинского Давоса», восхищавшихся с трибуны форума «неповторимым архитектурным обликом Баку» и «экономическими успехами республики», и приуроченные к событию меморандумы и соглашения, касающиеся практических дел на шельфе Каспия.

Ослабление государственного регулирования в сфере химии и нефтехимии привело к тому, что многие отечественные предприятия отрасли, прежде всего небольшие, оказались в достаточно уязвимом положении. Они не в состоянии в одиночку защитить свои интересы перед лицом мощных зарубежных конкурентов и зачастую российских органов власти. Поэтому и возникает необходимость в существовании некоего координирующего центра, который был бы способен отстаивать консолидированную позицию всех предприятий данного сектора экономики. Эту функцию пытается взять на себя Российский союз химиков (РСХ)…

Подсчет запасов и проектирование разработки требуют достоверных сведений о свойствах пласта. Поиск и использование для этих целей дополнительной информации о физических свойствах горных пород влекут за собой наряду с анализом материалов стандартных исследований также внедрение новых методов исследования керна и скважин. В случае с неоднородными, низкопроницаемыми, расчлененными коллекторами, повсеместно приходящими на смену истощенным «легким» коллекторам, эта важнейшая задача петрофизики и промысловой геофизики приобретает особое значение.

Стрелы газовых транскаспийских ударов по интересам России стратегами из Евросоюза на геополитических картах Каспийского региона уже начертаны. Более того, в Азербайджане и Туркмении идет активная подготовка к будущей газовой войне с Россией, в которой российским газовым интересам в Европе будут угрожать до 50–60 млрд м3 туркменского газа в год. Этот газ в 2025–2030 годах если не по трубе, то может начать пересекать Каспий либо в форме сжиженного (LNG) или сжатого (CNG) природного газа. И тогда газ Туркмении в Европе — это антироссийский ремейк сценария начала 1980-х годов, когда дешевая нефть Саудовской Аравии обвалила сначала мировые цены на это сырье, а затем помогла экономически разрушить одну из двух сверхдержав мира — СССР, сделав в итоге США «геополитическим монополистом».

Одной из самых ярких тенденций последних лет в отечественном ТЭК является масштабная реконструкция нефтеперерабатывающих мощностей и набирающий обороты нефтехимический бум. И российские власти, и частные компании, на протяжении без малого 20 лет уделявшие переработке второстепенное внимание, вдруг в лучших (или худших?) традициях советских ударных строек развернули гонку модернизации НПЗ и строительства новых нефтехимических объектов. Решив любой ценой к 2016 году перейти на Евро-5 и к 2020 году приблизиться к европейским странам по потреблению нефтехимической продукции, правительство подстегивает нефтяников и нефтехимиков к реализации масштабных проектов. Но, набрав скорость, то один, то другой проект вдруг упирается в «пробку».