Одной из самых ярких тенденций последних лет в отечественном ТЭК является масштабная реконструкция нефтеперерабатывающих мощностей и набирающий обороты нефтехимический бум. И российские власти, и частные компании, на протяжении без малого 20 лет уделявшие переработке второстепенное внимание, вдруг в лучших (или худших?) традициях советских ударных строек развернули гонку модернизации НПЗ и строительства новых нефтехимических объектов. Решив любой ценой к 2016 году перейти на Евро-5 и к 2020 году приблизиться к европейским странам по потреблению нефтехимической продукции, правительство подстегивает нефтяников и нефтехимиков к реализации масштабных проектов. Но, набрав скорость, то один, то другой проект вдруг упирается в «пробку».

Подсчет запасов и проектирование разработки требуют достоверных сведений о свойствах пласта. Поиск и использование для этих целей дополнительной информации о физических свойствах горных пород влекут за собой наряду с анализом материалов стандартных исследований также внедрение новых методов исследования керна и скважин. В случае с неоднородными, низкопроницаемыми, расчлененными коллекторами, повсеместно приходящими на смену истощенным «легким» коллекторам, эта важнейшая задача петрофизики и промысловой геофизики приобретает особое значение.

В начале апреля итоги своей деятельности в 2012 году подвела крупнейшая российская нефтехимическая компания — СИБУР. Они оказались неоднозначными. При росте доходов произошло заметное сокращение прибыли. Объемы производства большинства видов продукции росли, но весьма умеренными темпами. Причин этому было множество, но главная из них — стагнация глобального спроса на большинство нефтехимических продуктов, и в первую очередь, на синтетические каучуки. Однако результаты СИБУРа важны не только сами по себе, но и как яркий индикатор развития всей нефтехимической промышленности России, ощущающей на себе те же проблемы. Обострение конкуренции на мировом нефтехимическом рынке требует от предприятий отрасли использования наиболее эффективных стратегий деятельности, а от государственных органов — принятия ряда стимулирующих мер.

Ослабление государственного регулирования в сфере химии и нефтехимии привело к тому, что многие отечественные предприятия отрасли, прежде всего небольшие, оказались в достаточно уязвимом положении. Они не в состоянии в одиночку защитить свои интересы перед лицом мощных зарубежных конкурентов и зачастую российских органов власти. Поэтому и возникает необходимость в существовании некоего координирующего центра, который был бы способен отстаивать консолидированную позицию всех предприятий данного сектора экономики. Эту функцию пытается взять на себя Российский союз химиков (РСХ)…

Стрелы газовых транскаспийских ударов по интересам России стратегами из Евросоюза на геополитических картах Каспийского региона уже начертаны. Более того, в Азербайджане и Туркмении идет активная подготовка к будущей газовой войне с Россией, в которой российским газовым интересам в Европе будут угрожать до 50–60 млрд м3 туркменского газа в год. Этот газ в 2025–2030 годах если не по трубе, то может начать пересекать Каспий либо в форме сжиженного (LNG) или сжатого (CNG) природного газа. И тогда газ Туркмении в Европе — это антироссийский ремейк сценария начала 1980-х годов, когда дешевая нефть Саудовской Аравии обвалила сначала мировые цены на это сырье, а затем помогла экономически разрушить одну из двух сверхдержав мира — СССР, сделав в итоге США «геополитическим монополистом».

В Баку 7–8 апреля этого года прошел Всемирный экономический форум (ВЭФ) — «Бакинский Давос», заявленный как «стратегический диалог, связанный с будущим Южного Кавказа (ЮК) и Центральной Азии (ЦА)». Главной целью форума, инициированного официальным Баку в преддверии осенних выборов президента страны, стала все же реанимация угасающего в мире интереса к Азербайджану как производителю и экспортеру нефти и газа.  На реализацию этой цели поработали и пропагандистская машина Азербайджана, и выступления делегатов «Бакинского Давоса», восхищавшихся с трибуны форума «неповторимым архитектурным обликом Баку» и «экономическими успехами республики», и приуроченные к событию меморандумы и соглашения, касающиеся практических дел на шельфе Каспия.